Category: финансы

Category was added automatically. Read all entries about "финансы".

Il Bastardo

Маска.

Грабить магазины трудно. Сначала нужно долго качать массу, чтобы выглядеть хотя бы как половина долбаного шварцнеггера, потом учиться разбираться в байкерских прикидах, вдруг задохлик-продавец окажется экспертом-любителем по этим делам, затем нужно достать дробовик, пусть и без патронов, но обязательно с обрезанным стволом... Грабить магазины трудно. Грабить хардварные конторы, работающие на правительство, легко.
Collapse )
Il Bastardo

55

Адвокат.

Вечерний выпуск сообщил, что присяжные признали «Бостонского мясника» виновным. Таксист выключил радио и кивнул. «Есть на свете справедливость, - пробурчал он, - А ведь нашелся гнида-адвокатишка, который еще и защищал эту тварь.» Он глянул в зеркальце и увидел, что его клиент спит. Гонзалес очень устал. Это было второе дело в его жизни, которое он проиграл.

Банкир.

Когда судебные исполнители ушли, Бэйли долго неподвижно сидел в кресле, разглядывая желтые ленты. Потом тяжело встал и направился к бару. С полным стаканом бурбона он подошел к окну и откинул штору. На крыше напротив мокли привычные тяжелые буквы. «Банк Бэйли». Бэйли одним движением опрокинул в себя стакан и распахнул окно. На окне лент не было.

Бобер.

Дурацкое чучело, подарок дружков-студентов, пылилось в витрине с того самого дня, как Дэвис занялся семейным делом. Звякнул дверной колокольчик. «Ой, - захихикала вошедшая девица, - Так вы и бобров разделываете?» Дэвис небрежно воткнул тесак в разделочную доску. «Всенепременно, мэм» - привычно ответил он. По правде говоря, в основном они с бобром разделывали молоденьких любопытных дурочек.

Ботинки.

Яд дерева бишобрикхо убивает медленно, но неотвратимо. Доктор был рассеян, ветер, распахнувший окно, разметал трофеи индийской экспедиции по всей комнате и он нашел только два шипа из трех. «Значит, - спросил пекарь, натягивая ботинок, - Дважды в день?» Доктор кивнул. Пекарь вдруг поморщился. «Надо же, - пожаловался он, - Укололся. Должно быть в ботинке гвоздь.»

Звонарь.

Время было к вечерне. Афанасий привычно карабкался по крутым ступеням и переигрывал в уме партию. «С семерки надо было, - шептал он, - С семерки.» На верхушке звонарь остановился и прислушался. Где-то вдалеке визжала свинья. «Надо было в кулинары, - подумал Афанасий, - Как отец велел.» Он взялся за веревку. «С Се-Мер-Ки» - затрезвонили колокола.

Маклер.

«Мы расстаемся, Пью» - сказала Бэль и повесила трубку. Пью несколько минут невидящими глазами смотрел в бегущую строку котировок, потом снова снял трубку. «Джимми? – спросил он, - Помнишь, ты был мне должен? Сколько у тебя «Air Legacy»? Продавай их, Джимми. Да, все.» Он положил трубку и хищно оскалился. Так или этак, Пью всегда добивался своего.

Маркер.

Перевалило заполночь. Лузы двоились и кий, казалось, крив и короток словно смычок. Влад тупо мелил набойку и обессилено прикидывал, насколько его еще хватит. Приступ, и так некстати. «А может, на деньги? - услышал он вопрос, который, пару ударов спустя, собирался задать сам. – Чего зря шары гонять?» Владу вдруг показалось, что прокуренный воздух бара нестерпимо тяжел.

Шляпник.

Старик Сэмюэль надел выцветшую, когда-то канареечного цвета федору и неуклюже затанцевал по комнате. «Центральная, - дребезжал он, - Дайте доктора Джаз. У него есть то, что мне нужно, нужно здесь и сейчас.» Вдруг он замер и медленно стянул шляпу.

«Да, - сказал он в трубку, - У меня есть федора Джо Оливера. Да, я продаю.»

Мясник.

Когда Дэвис заявил, что уходит в семейный бизнес, все решили, что он свихнулся. Молодой перспективный менеджер по рекламе и вдруг мясник? Нет, у него точно не все дома.

«И ещё чучело бобра в витрине, - покачал головой инспектор, - Точно безумец. Ну, что там?» «Еще три разделанных трупа, - отозвался от дверей морозильника бледный мальчишка-полисмен.

Пекарь.

Изжога мучала его всю ночь и едва рассвело, пекарь побежал к соседу доктору. «Ну как-же я буду продавать неопробованный товар? – объяснял он, - Вот вчера и стал жертвой. Кулинарии.» Доктор не рассмеялся. Он вообще был очень рассеян и постоянно рыскал глазами по полу. «Так значит, - уточнил пекарь и принялся натягивать ботинок, - Дважды в день?»

---
updt: 2007-01-07: виньетки это жанр короткой прозы-зарисовки, написанной по каким-нибудь искуственным правилам. Эти сделаны по героям "Охоты на снарка" и в каждой из них по 55 слов.
Il Bastardo

АО "Мидас и Фригия"

Едва Мидас потянулся к курице, как зазвонил телефон.
- Да, - недовольно буркнул он в трубку, - Что? На четыре пункта? Тогда продавайте, что вы как маленькие, без меня решить не можете? Да, да, я знаю, что я сам...
Едва он повесил трубку, как дверь раскрылась и внутрь заглянула секретарша.
- Мидас Гордиевич, - торопливо защебетала она, - Там к вам Дионис просится на прием. Говорит принес бизнес-план.
- Зови,- кивнул Мидас и раздраженно оттолкнул от себя тарелку, - Хрена тут с вами поешь, охламоны.

Экономическая империя "Фригия" процветала.
Il Bastardo

Понедельник

На работу Сыромятин чуть не опоздал, уж больно замечательный ему снился сон - из детства, разноцветный, звонкий и, кажется, даже с запахами. Так что когда замолчал будильник он еще минут пятнадцать не мог сообразить что уже пора. Потом заполошно вскинулся и как был, не прибравшись и зажав в зубах сырой тост, кинулся на остановку. Как и положенно в таких случаях, автобус медленно закрыл двери прямо перед самым его носом и неторопливо, пробуксовывая на голом асфальте всеми колесами, укатил прочь. Сыромятин почувствовал, что проваливается в кошмар и решив, что терять ему все равно нечего, решил сократить путь. Обходная тропинка вела через два дурных сна и одно короткое вечное забытие, но зато Сыромятин успел вскочить в рабочий лифт в три минуты восьмого, что никак не могло считаться настоящим опозданием. Лифт зловеще скрипел и трясся на каждом этажном пролете так, что Сыромятин стал уж было задумываться, не поджидает ли его еще один кошмар, на этот раз с падениями, но оглядевшись обнаружил в толпе однолифтян начальника финансового отдела и успокоился. Глава финансистов был известен как человек серьезный и уж он то не позволил бы каким-то жалким всплескам подсознания соседей изменить свой рабочий график. Лифт остановился на этаже технологов и Сыромятин торопливо выскочил на площадку. Он прошел по коридору, приветствуя на ходу коллег, прошел за свой стол и повесил мокрое пальто на крючок. Потом с сожалением потрогал пальцем свежий рубец от бензопилы, вздохнул и устроился читать накопившуюся почту. Поняв через пару минут, что так дело не пойдет и он того и гляди проснется, Сыромятин выснил себе кружку крепкого белого молока с медом и стал вспоминать, на чем же он остановился в прошлую пятницу. Хуже всего было то, что выходные, большую часть которых он, считай, прободрствовал, кажется уже пошли насмарку. Даже несмотря на молоко, Сыромятину мучительно хотелось послать работу подальше и проснуться.