Category: кино

Category was added automatically. Read all entries about "кино".

Il Bastardo

D



Утро время эффектов. Снились ночью черные сны, просыпаешься в low key, снились светлые — в high. Пьешь первый чай и любуешься на броский motion blur в котором скатываются по лестнице кошки. Это значит спускается вниз mea bella, вот она перегибается через перила и смотрит на меня в идеальном kit-cat portrait. Но время нетерпеливо, особенно когда не хочется торопиться, и вот уже гаражная дверь центрует машину в весьма достойный vignette. Впрочем, даже с пробками утренний ритуал держания за руль это все же кинематография и тут уж из всех эффектов нам ближе всего эффект Кулешова.

***

"Упрощение начертания символов sō-gana (草仮名), - учит нас Юуко Сузуки-сан, - привело к появлению элегантной и грациозной hentai-gana (変体仮名), так же называемой onna-de (女手) оттого, что в основном ее предпочитали использовать женщины". Ну да, оно и понятно, название обязывает. Нынче, впрочем, 変体仮名 не пренебрегают и иные поэтично настроенные мужчины.
Il Bastardo

Нормальные злодеи всегда идут в обход

Бормору



Темная фигура легко перемахнула балкон и замерла перед окном. На окне была решетка. Фигура на секунду задумалась, потом наклонилась и замерла. Со стороны казалось, что она просто пристально вглядывается в препятствие, но через пару секунд металл начал наливаться малиновым, а еще через минуту все было кончено. Фигура аккуратно выдернула кусок оплавленного по краям железа и нырнула в образовавшееся отверстие. Но не успел непрошенный гость сделать и нескольких шагов в темной комнате, как заорала сирена, зажегся свет и откуда-то сверху, с грохотом и лязгом, на него рухнула стальная клетка.

- Попался? - выглянул из соседней комнаты Профессор. В одной руке у него был стакан с чем-то горячим, в другой бутерброд с вареньем, - Ты погоди немного, я сейчас доем и приду.
Пойманный невозмутимо снял черную маску, пригладил волосы и принял независимый вид. Через пару минут Профессор, отряхивая руки, действительно вернулся к гостю.
- Очень мило, - пропел он, - Очень мило. С кем имею честь?
- Герой, - спокойно представился пойманный, - Главный Герой.
- Тоже мне, агент 007, - захихикал Профессор, - Рожей ты, дружок, не вышел в Джеймсы Бонды. Ну да ладно. Мне, полагаю, представляться не надо? Сумасшедший Профессор. Тот самый. Если бы мы говорили на английском, следовало бы добавить артикль зе. Но мы, как уже было сказано, не чопорные британцы, хе-хе, так что обойдемся по-простому, без артиклей.
Герой, игнорируя болтовню Профессора, внимательно изучал клетку.
- Что ты, что ты! - замахал руками Профессор, - И не смотри даже, легированная сталь с нитями корунда, что я, не знаю, с кем дело имею? Вот, к примеру, ты знаешь, отчего попался?
Герой задумался.
- Инфракрасная ловушка? - полуутвердительно спросил он, - У меня, после использования лазера из глаз, зрение секунд на двадцать в инфракрасном диапазоне ухудшается.
- Вот именно! - хлопнул в ладоши Профессор, - Именно! Но не на двадцать, а на двадцать две. А знаешь, откуда мне это известно?
- Ну понятно, - пожал плечами Герой, - Вы же Профессор.
- Глупости, - поморщился хозяин, - Это все равно, что объяснять отчего Киану Ривз никудышный актер тем, что он Киану Ривз. На самом деле все проще. Я твой отец.
- Па-апа, - негромко, с завываниями пропел герой и поводил шеей из стороны в сторону.
- Не надо паясничать, - снова поморщился Профессор, - Не биологический, конечно. Формально говоря. Хотя... В общем, я тебя создал. Вывел. Слепил твое ДНК молекулу за молекулой. А ты думал откуда твои фантастические способности? С планеты Вулкан?
- Ну предположим, - выпятил челюсть Герой, - А зачем? Что, какой-то кодекс чести злодеев заставляет создать себе на голову Непобедимого Соперника?
- Ну конечно, непобедимого, - захихикал Профессор и поводил пальцем по прутьям клетки, - Какой ты мне соперник? Нет, конечно. Твое предназначение было совсем в ином.
Герой вежливо поднял правую бровь. Профессор подтянул стул, уселся на него сверху, достал из кармана стопку фотографий и кинул их Герою.
- Узнаешь? - спросил он.
Герой небрежно пролистал фотографии.
- Узнаю, - кивнул он, - Крупнейшие преступники современности, отменные негодяи. Все ваши порождения.
- Как и ты, - кивнул Профессор.
- Я с ними всеми покончил.
- Так им и надо, неудачникам. Ошибки эксперимента.
- И в этом, по вашему, мое предназначение? - удивился Герой, - Прибраться после ваших неудачных опытов?
- Ну не совсем, - вздохнул Профессор, - Это скорее что-то вроде приятного побочного эффекта. По настоящему ты должен был послужить выполнению моей мечты.
- Получению мирового господства? - уточнил Герой.
- Какое мировое господство, - удивился Профессор, - О чем ты говоришь? Мировое господство я получил в пятом классе, это был мой школьный проект. Крайне скучная оказалась штука, я вернул все назад дня через три. Нет, моя настоящая мечта, моя цель, это объединение человечества.
- Э? - глубокомысленно заметил Герой.
- Ну сейчас человечество разобщено, - пояснил Профессор, иллюстрируя свои слова преувеличенной жестикуляцией, - А я хочу его объединить. Не знаю, как тебе еще проще объяснить.
- Да нет, - отмахнулся Герой, - Я имею ввиду, я-то здесь при чем?!
- А, - протянул Профессор и достал из кармана серебряный портсигар, - В том-то и дело. Зачем, по-твоему, я создал все это, - он кивнул на фотографии, - Отребье?
- Из любви ко злу? - подсказал Герой.
- Что ж вы все у меня такие дебилы получились? - с неудовольствием глянул на него Профессор, - Один ядерное оружие арабам поставляет, чтобы эти дикари, которые сложнее верблюда в жизни ничего не видели, себя поперевзрывали к чертовой матери. Другой, вот, Петросяном прикидывается.
Он закурил и выпустил дым в лицо Герою.
- Никакой абстрактной любви не бывает, - снисходительно объяснил он, - Ни к добру, ни ко злу. Любовь крайне конкретная штука и требует, настоятельно требует, заметь, субъекта. Впрочем, мы отклонились от темы. По моей идее, человечество, оказавшееся перед лицом таких ужасных преступников, несомненно должно было объединить свои силы, чтобы с ними покончить. Но я был наивен. Человечеству оказалось куда проще выдумать детские травмы, толерантность, либеральные ценности, сосуществование точек зрения, равноценные идеалы и прочую демагогическую чушь, которой можно оправдать любого мерзавца, чем объединиться и покончить с ним. Тогда я создал тебя.
- Меня.
- Ну да, тебя. Во-первых, ты должен был прикончить этих любителей, их эскапады, признаться, начинали действовать мне на нервы. Во-вторых, дать человечеству пример решительных и твердых действий. В-третьих... Видишь ли, когда я тебя создавал, я вложил одной из первичных мотиваций гигантскую потребность учить и наставлять. Я подумал, что если уж человечество не пожелало объединиться против преступников, то против занудного супергероя с манией к поучительству оно точно должно выступить единым фронтом. Но тут ты спутал все мои планы -- ты не пожелал никого поучать! А также наставлять, советывать, обучать, направлять... Ни-че-го. Пришел, победил, ушел. Вот, кстати, ты сам не знаешь, почему так?
- Знаю, - застенчиво признался Герой, - Вы в курсе, кем я работаю, когда не супергеройствую?
- Признаться... - извиняющеся развел руками Профессор.
- Учителем в школе. Пятый-шестой-седьмой классы. Очень утомительное в плане поучительства занятие, на человечество сил, извините, никак не остается.
- Тьфу, ты! - Профессор затушил окурок и сунул его обратно в портсигар, - Просчитался. Ну да ничего, ерунда. Ты ведь мне больше не нужен. Вот, смотри.
Он развернулся на стуле, достал из кармана штанов крохотный пульт управления с единственной кнопкой и ткнул в нее. Противоположная стена разъехалась и за ней оказался плоский экран огромного телевизора. На нем шло что-то похожее на кадры их фантастического фильма об очередном вторжении инопланетян. Клыкастые разукрашенные гиганты с развитой мускулатурой и низкими надбровными валиками потрясали сложновывернутыми автоматами и выкрикивали рычащие лозунги.
- Всё настоящее, - предвосхищая вопросы поднял руку Профессор, - Мрршаны, красавцы. Агрессивные, грубые, невыдержанные -- идеальные воины, для войны с землянами, никаких шансов на победу. Их технология чуть-чуть обгоняют земную, но как раз настолько, чтобы общая промышленность человечества смогла ее догнать. Это тоже сыграет на руку объединению и даже покруче, чем основная угроза. Я, как ты понимаешь, готовлю вторжение.
- Но зачем?!
- Я думал ты понял, - разочарованно повернулся Профессор, - Перед лицом внешнего врага, да еще другой расы, человечество всенепременно объединится. Особенно, если ты не будешь ему мешать своими сверхестественными фокусами. Так что извини, пока посидишь у меня.
- Нет! - перебил герой, - Я имею ввиду, зачем это вообще вам нужно?! Чтобы человечество объединилось?
- Нет, ты, все-таки, дурак, - улыбнулся Профессор, - Человечество, объединившееся в войне, закалившееся в совместном противостоянии внешнему врагу, гордое осознанием того факта, что ему под силу разорвать любого и только и ждущее, чтобы ему этого любого показали. Да я с таким человечеством!.. Да я!... Ух!!!
  • Current Music
    BUMP OF CHICKEN - [Namida no Furusato #01] Namida no Furusat
Il Bastardo

"Пираты Карибского моря 2: Сундук Мертвеца" за пятнадцать минут.

Общий план. Дождь. Беседка. В беседке готично сидит Элизабет. В город высаживаются татаро-монголы во главе с Олигархом.

На главную площадь к Олигарху приводят закованных Леголаса, Элизабет и Губернатора.

Олигарх. Привет, я Олигарх. А вы обвиняетесь в том, в чем были оправданы в конце прошлой части.
Губернатор. Вообще-то, я - Губернатор.
Олигарх. Вообще-то, мне насрать. У меня есть солдаты и деньги, а у тебя ни того, ни другого, ха-ха. Увести!
Collapse )
Il Bastardo

Бегемотик счастья.

Сесну пришлось посадить на дно высохшего озера, ничего ровнее в окрестностях не оказалось. В результате добрые две мили мне пришлось идти по жаре, так что к дому мерзавца Сакве я пришел совершенно в ярости. Он уже ждал меня на пороге, невозмутимо попыхивая трубочкой, пока я пытался отдышаться.
- Будь ты проклят, Сакве, - прошипел я как только мне это удалось, - Что-б глаза твои вывалились в песок и укатились в змеиную нору. Что-б зубы твои снова затупились и стали ровные как у безымянного юнца. Что-б обе твое жены похудели и не смогли отъесться обратно. Ты хоть знаешь, что ты натворил, черный мерзавец?!
- Знать, - спокойно кивнул Сакве, равнодушно выслушав мои проклятия, - Я знать. Я посылать тебе бегемотика счастья.

У каждого свои боги. У одних большие, у других - маленькие. У кого-то один бог отвечает за все на свете, а для кого-то на каждую мелочь назначен целый божественный отряд. Вот, например, у племени Сакве за счастье отвечает дух бегемота. Почему? Не знаю. Наверное потому, что бегемоты толстые и довольные. А может есть какая-нибудь история, связанная с падением в яму и сделкой с хитрым пауком. Или один из предшественников Сакве, тоже шаман племени, очень любил бегемотов и таким образом выразил свою привязанность к ним. Не знаю. Да это, в общем-то, и не важно. Важно то, что Сакве каким-то образом умудрился навязать это свое божество мне. Не спрашивайте меня как, это же он шаман, а не я. Но в результате вестником счастья для меня стал бегемот. Можете себе представить бегемота в обычной двухкомнатной квартире? А в машине? А в кинотеатре? Мне пришлось. Никогда бы не подумал, что я был такой счастливый человек. Был.

- Бегемотик, - прошипел я, - Счастья. Я тебя придушу! Я жил здесь в твоем племени четыре года, я изучал ваши обычаи, ваш язык, ваши легенды, никогда и ни в чем не обижал вас... За что ты меня проклял, ублюдок?!
- Ты первый начать, - пожал плечами Сакве.
- Что?!
- Пойти. Я показать.
Он подхватил копье, стоявшее у двери, развернулся и невозмутимо потопал в буш. Я, сдерживая прокляться, двинулся за ним. По жаре. Снова. По-счастью, мы скоро оказались на месте.
- Ты смотреть, - кивнул Сакве на пасущуюся чуть вдалеке зебру.
Он поднял копье, неторопливо замахнулся и... С грохотом на зебру спикировала... Птица? Воздушный шар? Вертолет?... Не может быть!
- Не может быть! - едва слышно выдохнул я.
- Ты начать первый, - кивнул Сакве, - Ты оставить нам его. Он теперь божество охоты. Неловкий. Шумный. Глупый. Очень плохо для охоты.
- Извините, - смущенно подошел к нам Супермен, - Кажется я опять что-то сделал не так. Звуковой барьер, понимаете..
- Но почему охота? - прошептал я, все еще не веря своим глазам.
- Охота, - серьезно объяснил Супермен, - Самое героическое дело, которое здесь есть. А я, как-никак, супергерой.
- Ты оставить картинки, - вмешался Сакве, - Красивый. Все смотреть. Все верить. Он появиться.
- Комиксы! Но я же не думал... И ты решил мне отомстить?
- Нет. Зачем? Но наше племя маленький. Не может иметь еще одного бога. Пришлось отдать одного тебе, - Сакве поднял руки ладонями вверх, - Равновесие.
- Но почему бегемота?
- Бегемотик счастья? - вздохнул Сакве, - С таким бог охоты, бог счастья нам теперь не нужен.
Il Bastardo

Кофе и кулебрас.

Язычок кофемолки как обычно заклинивает и я нажимаю сильнее. Каждое утро одна и та же история. Сильнее. Еще сильнее. Крышка внезапно соскакивает, рука срывается и со всего размаха бьет по столу. Кольцо слетает со своего насеста на среднем пальце и вращаясь медленно и неторопливо, подобно торам Циолковского, скрывается в кратере раковины. Прекрасно, просто прекрасно. Именно то, что было нужно. Я засучиваю рукав по-локоть и запускаю руку в темную и влажную дыру. Вот и кольцо, лежит себе на лопастях размельчителя. В тот момент, когда я осознаю, что попал в крассическую сцену из фильма ужасов, прямо перед моими глазами по проводке проскакивает искра и я слышу гудение раскручиваемых лопастей.

Перенесемся на мгновение на тридацать семь лет назад, в Мексику. Представьте себе, что вам жарко, хочется пить и спать и вы самый могущественный человек на земле. Ваша смерть стоит за левым плечом и полностью в вашей воле, закулисная механика мира известна вам как свои четыре пальца, а силы, вызывающие благоговение оккультистов, на самом деле всего-лишь побочные эффекты вашей дурацкой привычки курить крепкие кулебрас на пустой желудок. Ну и спрашивается, на кой черт вам сдался этот тупой гринго-культуролог?

Пока лопасти раскручиваются, я прикидывают, что во всем должно быть виновата Она. По крайней мере так требует narrative patterns, а с ними не поспоришь. Обиднее всего, что я никак не могу сообразить, кто же, черт возьми, Она такая. Где мы с ней встретились? В баре? На премьере "Сломаных цветов" Джармуша? В метро? Я разбил ей сердце или она мне? Какого цвета у нее помада? Морщит ли она нос, когда я рассказываю пошлые анекдоты? Сразу убегает в душ после или любит поваляться? Носит каблук или кроссовки? Narrative patterns ничего об этом не говорят. Они сухо сообщают, что по их мнению во всем виновата Она, а дальше уж я могу выкручиваться сам, как умею.

Избегай собак, налоговых инспекторов и свидетелей Иеговы. [1] Представьте себе как он стоит напротив, в своем дешевом строгом костюме, с Библией в черной мягкой обложке под мышкой. Его учили, натаскивали, у него полно опыта, он даёт этот спектакль уже третий сезон, а у вас премьера, да и роль вы заучили так себе. Вы тяжело дышите, раскраснелись, а с галерки уже свистят. Ну когда же антракт?! "Скажите, - говорит он вдруг, - Вот у вас, я вижу, крест..." "Это элемент одежды", - быстро отвечаете вы.

Жизнь, это вам не литература. Она куда скучнее и прямолинейней. Так и не достав кольцо я вынимаю руку из водостока и выключаю чертову кофемолку.
Il Bastardo

(no subject)

Всю ночь идет немой снег и утром дверь не открыть. Я выбираюсь в окно и медленно, на каждом шагу проваливаясь по пояс в снег, иду к гаражу, где лежат лопата и снегоступы. Гараж, впрочем, тоже не открыть, даже маленькую дверь и я ругаясь под нос бреду обратно. Наконец, вооружившись старым противнем, я отрываю гаражную дверь. К это времени я давно уже не ругаюсь, берегу дыхание, но его все равно не хватает и кажется, что я пыхчу так, что меня должны слышать за десять миль, в Васкесу. Как только я останавливаюсь наваливается сухая тишина и понятно, что меня не слышно и на шаг в сторону. К обеду я вхожу в дом через дверь.

Я щурусь за темными стеклами очков, но и это не спасает. Мир вокруг напоминает пересвеченную фотографию - детали смыты, края деревьев расплываются и небо без предупреждения переходит в едва намеченную тропинку под ногами так, что кажется сейчас полетишь кувырком вверх и не сможешь остановиться потому что ухватиться не за что. Прошлый раз такое было когда меня утащило в море на карибах: там синее, пронзительное до боли в глазах небо стекало в такую же воду вокруг и казалось, что я затерявшаяся точка на синем экране ненастроенного телевизора. Теперь я такая же точка на экране, которого нет. Где-то с коротким треском ломается ветка, я очнувшись трясу головой и иду дальше.

"Понимаешь, - говорит Рон, - Он мне говорит "Приходи на работу вовремя". Так я и прихожу вовремя - как чувствую, что время работать, так и прихожу. А он недоволен." Я хмыкаю. Да, у Рона и его босса явные культурные расхождения во взглядах на дисциплину. Я пытаюсь вспомнить, как звучит настоящее имя Рона на инуктикуте. Нет, слабо. А английский вариант он не любит, говорит, отдает фильмами про индейцев и ковбоев. Голливуд как культурный геноцид. Интересно, насколько индейские традиции в которые верит Рон настоящие, а насколько выдуманы белым человеком?

Обратно я шагаю по своим же следам. Снегоступы легко выходят из снега и тропинка напоминается место схватки двух теннисных команд. Вдруг мои следы пересекает другая цепочка. Я опускаюсь на колено и прикладываю руку рядом. Потом вторую, чтобы померить и когти. И пол-ладони вглубь. "Не кормите наших медведей", - бормочу я и прикидываю, если выстрелить вспышкой прямо в морду, это мне поможет или наоборот? Я поправляю камеру на плече и иду дальше, стараясь не ускорять шаг.

Чайник свистит и я торопливо снимаю его с плиты. Кружка горячая и я то и дело перехватываю ее, чтобы пальцы согревались постепенно. Я пью чай крохотными глотками и потом прислушиваюсь, как тепло расходится волнами от солнечного сплетения. Шире, еще шире и вдруг я мгновенно пьянею. Новый бутлегерский рецепт, мороз и горячий чай. Я подхожу к окну и смотрю на лес. Здесь, внутри, все полно звуков - капает вода, стреляют дрова в печке, потрескивает, остывая, чайник. После нескольких часов тишины это звучит оглушающей какофонией. А там белое мягкое безмолвие. Лес кажется нарисованным на стекле. Вот срывается и медленно, как в замедленной съемке, падает с ветки в сугроб внизу снег и снова все застывает. Я отворачиваюсь и иду подбросить в печку дров.

Ночью опять идет снег.
Il Bastardo

Дицитирование

- Да, я люблю простых людей, - кивнул Дракон, - Но простых.
- П-прекратите д-демагогию! - взорвался, наконец архивариус, - К-как вам не с-совестно нести такую чушь? К-какой я вам п-простой человек? И что это за слово такое -- п-простой? Это д-дубли у нас простые!..

"Убить дракона" (фильм, сценарий, если не ошибаюсь, Горин) и "Понедельник начинается в субботу" Стругацкие.
Il Bastardo

Лошадь.

Капля никотина убивает лошадь. Приходит лошадь домой, убитая в жопу, а ей не открывают. Потому что открывать некому, а ключ она потеряла. Так что идет она спать на скамейках в сквере. Накрывается вчерашним "МК" и ворочается всю ночь. Ведь палки до фонаря не долетают, а кирпича нет. Встает утром злая и растрепаная и идет на работу.

Работает лошадь зайцем-энерджайзером. Целыми днями она пялится в монитор и смолит дешевые сигареты. Она бы и рада смолить дорогие, но по шаблону положены только дешевые. Работает лошадь тяжело и с работы такой дохнет. После чего открывает livejournal.com и без интереса читает, что там написано. Или сама туда пишет. Тоже без интереса. Вечером лошадь встает и идет домой. Или в кабак. Или в кино. Без разницы.

Лошадь смотрит элитные фильмы. Кустурицу, Антониони и Кар-Вая. Еще лошадь читает Мураками, Кэррола и Бегбедера. Хотя любит смотреть "Коммандо" и читать про ведьмака. Дома у лошади есть калебаса и бомбилья. Раз в неделю лошадь заваривает себе матэ и гадливо морщась его пьет. Еще лошадь ходит в японский ресторан. Она неровно разламывает палочки, задумчиво мешает соевый соус с васаби и долго мостит палочки в руке. Потом воровато оглядывается и убедившись, что никто не смотрит, тыкает палочкой в крайний ролл и быстро отправляет его в рот.

Лошадь любит одеваться во все черное. Однажды она прочитала в журнале про готтов и теперь знает, что она готт. Она слушает готические группы "Рамштайн" и "Линкин Парк", носит анк, делает черный маникюр и верит, что жизнь дерьмо и все мы умрем. Раньше лошадь ходила на готтские вечеринки, но ей там было очень скучно и она больше туда не ходит.

Лошадь любит разговаривать на умные темы. Ей нравится рассуждать о природе вселенной и различиях между католиками и православными и о том, кто убил Кеннеди. У нее есть несколько друзей, с которыми можно об этом поговорить. Каждую неделю они собираются у кого-нибудь из них дома, ржут, пьют, курят и рассуждают о природе вселенной, различиях между католиками и православными и о том, кто убил Кеннеди.

Иногда лошадь грустит. Тогда она с ногами забирается в кресло, пьет никотин, смотрит на Луну и плачет. Потом подходит к зеркалу и долго глядит в него. Иногда она видит там меня. Иногда кого-то другого. Что поделать, все мы немного лошади.
Il Bastardo

Vanitas vanitatum

- Отойди, Майя, - строго велел Гаутама. - Не до тебя.
- Ну отдай! - не отставала та. - Не твое же, чего хапаешь? Я Шиве пожалуюсь!
- Изыди, - буркнул Избранный и еще сильнее закутался в покрывало, - Мне для дела.

Он перечитал последний абзац и с удвоенной силой принялся молотить по клавишам.

"...имхо вабще полный ацтой! Киношка для тупых америкосов каторые книги нечетают! Нихрина Спилбирг неасилил "Отраки во вселеной" круче! Афтар мудак выпей йаду!"

Он нажал "Отправить" и открыл следующий форум.

"'Пораженческая религия', надо же, чмо бородатое! - мрачно размышлял он живо отстукивая новое сообщение, - Ему лишь бы чушь какую с умным видом сморозить, а мне потом мировое равновесие восстанавливай. Так, сколько еще? Одно ничего не значащее мнение известного режиссера в пересчете на кармограммы на кубический метр это будет... это будет... Еще три тысячи семьдесят пять ничего не значащих мнений об известном режиссере. Хорошо хоть одеяло это есть, а то ведь так и со скуки помереть можно."
Гаутама нажал на кнопку и потянулся.

- Отдааай! - ныла Майя.