Uesugi Eiri (eiri) wrote,
Uesugi Eiri
eiri

Categories:

Семен Казимирович

Один мужик... Впрочем, это пошло. Семен Казимирович Спиридонов не доверял жене. Все то ему казалось, что та гуляет. Доказательств сего у Семена Казимировича никаких не было, а посему становился он день ото дня все мрачнее и раздражительнее, потому как был интеллигентской породы и жену просто так, бездоказательно, колотить не считал возможным. Жена же, усугубляя и без того неудержимо растущую меланхолию Семена Казимировича, крайне беспокоилась об его душевном и телесном здоровиях и хлопотала вокруг неустанно, укрепляя того, тем самым, в самых черных и безрадостных предположениях. От растущей сложности семейного мироустройства, Семен Казимирович впал в подозрительность, часто оборачивался, быстро ворочал по сторонам глазами и поминутно бегал в уборную заглянуть за дверь. Дошло до того, что Семен Казимирович заподозрил в гульбищах собственных детей, будто бы они не попросту гоняют по двору в надежде порвать штаны на коленях или каких других интимных местах, дабы нанести, тем самым, семейному бюджету существенный урон, но вместо того завели себе на стороне другого отца и шастают теперь к нему лишь только отвернись. Штаны, неизменно остававшиеся целыми, эту теорию полностью подтверждали. Такое вероломство со стороны родных совсем подорвало здоровье Семена Казимировича и тот принялся целыми днями лежать на диване лицом к стене вместо того, чтобы ходить на службу или как иначе участвовать в жизни общества. На попреки жены он неизменно посылал ее к "своему хахалю", что сохранению мира в семье тоже не способствовало. В конце концов жена совсем собралась выгонять Семена Казимировича вон, но тот случайно обнаружил явление куда как более волнующее и вовсе не придал ее намерениям никакого значения - Семен Казимирович понял, что ему изменяют собственные ноги. Обнаружилось же это вот как.

В среду, пополудня, лежа на диване и размышляя о глубине падения человеческой вероломности, Семен Казимирович по привычке и чтобы не простаивали без дела глаза, разглядывал большие пальцы на ногах и вдруг осознал, что самый левый из них подозрительно черен. Учитывая, что в последнее время Семен Казимирович вставал исключительно к столу либо по нужде, это обстоятельство однозначно указывало на то, что пока Семен Казмирович мужественно старался противостоять ударам судьбы, ноги его предались постыдным актам вероломного предательства и взялись гулять на сторону. Ужаснувшись такому, Семен Казимирович принялся разглядывать их еще пристальнее и менее чем за два часа обнаружил массу других свидетельств измены, как-то: расщепленный ноготь, странной формы царапина, подозрительные потертости и, главное, неизвестно откуда взявшаяся грязь. Едва только Семен Казимирович решил подкараулить предателей, прикинувшись для этого на пол часика спящим, как вскрылись новые удручающие факты - руки, похоже, тоже были ему не верны. Не желая быть голословным, Семен Казимирович принялся пристально их изучать, дабы найти неоспоримые аргументы в грядущем и неизбежном выяснении с ними отношений, но тут вдруг это важное занятие было использовано его женой дабы обрушить на него град неубедительных попреков и мелочных придирок. Не желая мириться с таким вторжением в свою собственную частную жизнь, Семен Казимирович вступил с женой в жаркую полемику.

Избавившись от неверных жены и детей, для чего всего-то и пришлось, что оставить им квартиру и сбережения, что еще раз обнажает глубинную меркантильность человеческой природы, Семен Казимирович наконец получил возможность выяснять истину без того, чтобы его отвлекали по пустякам. Чем он и занялся, вопреки дурным предчувствиям, которые, к сожалению, не замедлили подтвердиться. То, что волосы оказались ему неверны не было для Семена Казимировича большой новостью, они и раньше, бывало, покидали его, при этом практически не скрываясь. То же касалось и зубов. Но вот измена бровей, носа (в этом чудилось нечто классическое и благородное, но что, Семен Казимирович никак не мог понять) и особенно нижней губы, было большим ударом. Тем более, что за органами физическими последовали и органы чувств. Измена чувства меры и чувства такта не стали большим разочарованием, равно как и обнаружившееся отсутствие чувства вкуса, но вот измена чувства равновесия приводила к досадным курьезам, а чувство справедливости, похоже, оставило не только его, но и всех окружающих собак, старушек и милиционеров, чему те, похоже, оказались только рады. Завершив день, таким образом, в отделении, Семен Казимирович наконец получил возможность перебрать ряд недавно свершившихся с ним событий затем, чтобы сформулировать тот самый единственный и крайне важный вопрос, который хоть раз в жизни должен задать себе каждый разумный и здравомыслящий человек. Чувствуя внутренний трепет, Семен Казимирович собрал волю в кулак и принялся за изучение самого святого, самого верного, наипоследнего из оплотов веры и бастионов надежды - Семен Казимирович принялся за изучение своего я.

Но к свой крайней досаде и недоумению, так и не смог его обнаружить.
Subscribe

  • (no subject)

    Ангел раскрыл ноты, поднял трубу и заиграл. Музыка его будоражила сердца и заставляла души дрожать, пробуждала воспоминания о первой любви и манила к…

  • Секретарь дьявола.

    - Эй, приятель! Патер, минуту назад показавшийся из задней калитки райской приемной, растерянно заозирался. Наконец он заметил вдалеке, в тени…

  • Поаккуратнее с фарфором!

    Проблема в том, что оно все-таки бумкнуло, понимаете? Тогда, в шестьдесят втором. Куба, ракеты под пальмами, шестой тихоакеанский идет к непокорному…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 8 comments